Книга: Тринадцатая редакция. Найти и исполнить

Если Человек тебе интересен как человек, надолго и с удовольствием, а не на пару вечеров - пусть даже с не меньшим удовольствием, - то забудь о каких бы то ни Было манипуляциях. Нельзя колдовать, ворожить, гипнотизировать, обманывать, за Нос водить, запугивать - только Всё испортишь. Перед тобой - целый Мир, целый Космос, и если этот мир примет самостоятельное Решение допустить Тебя к себе - считай, что тебе сказочно повезло.

Потом Друзья выросли и поскучнели, Восприятие притупилось - но только на Время... Гусеница спряталась в кокон, ещё раз Всё основательно обдумала - и вылетела в Мир большой пёстрой бабочкой, радующей глаз. Ощущения стали ярче, чем в подростковом возрасте, - может Быть, оттого, что к ним не примешивались Больше надуманная Тоска, высосанная из пальца Горечь тринадцати прожитых лет, неумело имитируемый Цинизм и прочие... детские болезни.

В идеале ты должен Быть счастлив уже от того, что ты - это ты. А Общение с писателями, книжки и фильмы, чай-кофе, Друзья, Девушки и прочие так называемые радости Жизни могут быть, а могут и не быть. Но они Ничего принципиально не изменят на твоём персональном небосклоне.

- Если стараешься Быть хорошим не для того, чтобы стать хорошим, а ради каких-то посторонних благ, то и хорошим не станешь, и не получишь никакой награды, так что в итоге окажешься в двойном проигрыше.
- Это Почему же?
- Потому что быть хорошим имеет Смысл только для того, чтобы достичь очередной ступени внутреннего совершенства, ну, или, если угодно, гармонии с собой. И Награда тут - не мимолётное благосклонное Внимание Знаменитости, о котором ты мечтаешь, а качественное Изменение внутри Тебя самого. Ты стараешься быть Лучше, стараешься - оп! - становишься лучше и понимаешь, что тебе абсолютно по барабану, замечает тебя... или Нет.

Человек, не сумевший Вовремя реализовать своё заветное Желание, упустивший его, спаливший зазря, чаще всего приходит к выводу, что не Надо мечтать, не надо на что-то особенное надеяться: живи, как живётся, потому что могло Быть и хуже. Это бесценное Знание, полученное путём неправильного осмысления пережитого, вернее - не пережитого, Люди с перегоревшим желанием с готовностью несут другим, даже Если Другие их об этом не просят.

Иногда, когда с человеком вдруг начинает происходить Всё Правильно - с его точки зрения правильно, так, как он сам для себя придумал и долго-долго мечтал, и это "правильно" становится настолько очевидным, что глупо скрывать, - Окружающие перешептываются: продал душу дьяволу, не иначе! А Человек и не думал Ничего продавать, он наоборот - снял свою душу с торгов, каких бы то ни Было, и Она, перестав Быть товаром, наконец-то обрела желанную свободу и с легкостью получила Все, что ей причитается.

Взрослые - они как Дети, только ещё хуже, потому что их Никто не накажет за Плохое Поведение.

- Но Люди же так хотят знать правду, и они, падлы, чувствуют, Кто им её может сказать.
- И ты говоришь? - ухмыльнулась Галина. - Небось, только того и ждёшь.
- Может Быть, и не жду. Но говорю. Отвечаю, Если меня спрашивают. Только людям такая Правда отчего-то совсем не нравится. Им интересно, чтобы ты им и правду сказал, и не обидел при этом.
- Понятное Желание, - протянула Марина. - Так говори им правду, не обижая.
- А Мне так не интересно. Хотите правды легко и задаром - получите. Либо ищите её сами, и тогда Она не будет такой горькой.

Понимаешь, Мир любит всех. И Тебя любит, и меня тоже. И даже эту кикимору сверху, которая нас заливает вечно.

Я первые тридцать лет своей Жизни был очень обаятельным. Старался всем понравиться, да. Ненавидел за это себя, а также всех, перед кем я приплясываю на задних лапках - но продолжал Быть хорошим парнем. Помню, ехал я в Ленинград, просыпался утром в поезде с перекошенной от злобы физиономией, вспоминал, что на перроне меня будут Друзья поджидать, будь они неладны, и сразу же улыбочку включал, становился таким энергичным, славным, весёлым человеком. Один раз меня даже не узнали и в купе не хотели пускать: мол, бриться ушел вполне нормальный, хоть и хмурый, дядя, а явился ты, чучело счастливое.

- Но Есть же какой-нибудь потолок? На чём-то Все останавливаются же, достигают какого-то запредельно-космического уровня мудрости, ну и, я не знаю, самосознания, что ли - и останавливаются? Кастор крайне скептически взглянул наверх.
- Это Здесь у вас - потолок. А ты на улицу попробуй выйти и взгляни на Небо. Оно не заканчивается Никогда.

Я тебе рассказываю историю, и Ничего Мне за это не Надо, даже веры в мои Слова. А шарлатаны тоже вроде как Истории рассказывают, и привирают не меньше моего - но требуют, чтобы им платили не за Сказки как таковые, а за веру в их Подлинность.

Поймал, стало Быть, старик рыбку. « Прости чего хочешь, - говорит Она, - только помни. Я рыбка не золотая, я - серебряная». «А какая Разница? Желание-то ты выполняешь?» - удивился дед. «Выполняю, дедуля. Только это будет твоё последнее желание», - отвечает рыбка. Ну, старик подумал-подумал, загадал такое желание, ради которого и умереть не жалко. Рыбка его исполнила - и тут до него дошло, что оно Было пустячным, а зато теперь у него появилось Настоящее желание, и вот ради него-то как раз ему будет не жалко умереть. Подумать - подумал, и тут же умер ради предыдущего, пустячного.