Книга: Пикник и прочие безобразия

- Будьте любезны, - обратился Ларри к бармену, морщинистому человечку в грязном фартуке, - налейте Мне в самый большой стакан, какой только Есть, анисовки, чтобы я мог отключиться.
Речь иностранца, не только свободно говорящего по-гречески, но и достаточно богатого, чтобы заказать большой стакан анисовки, вызвала счастливую улыбку на лице бармена.
- Амессос, кирие, - сказал он. - Вам с водой или со льдом?
- Немного льда, - ответил Ларри. - Ровно столько, сколько требуется, чтобы побелить пойло.
- Извините, кирие, но у нас Нет льда, - смущенно сообщил бармен.
Из груди Ларри вырвался глубокий горестный вздох.
- Только в Греции, - обратился он к нам по-английски, - возможен такой Диалог. От него так сильно отдает Льюисом Кэрролом, что этого бармена можно принять за переодетого Чеширского Кота.

- Попробуй сунуть еще одну монетку в щель автоматического замка, - предложил Ларри. - Иногда это помогает.
- Уже, - сообщила Мама. - Я сунула лиру, Все равно Замок не открывается.
- Потому что это греческая уборная, Она принимает только драхмы, - подчеркнул Ларри. - Попробовала бы Лучше фунтовую бумажку. Курс обмена в нашу пользу.

Когда ты со всех сторон окружен глупцами, всякое логическое Суждение кажется гениальным.

Не помню, чтобы я подписывал с ним Уговор Вместе кончать Жизнь самоубийством!

Мне казалось, в нашей семье и без того довольно душевных расстройств, Зачем Было еще добавлять помешательства, сочетаясь священными узами брака.